Гурам МАКАЕВ: "Результаты придут!"

Ельсиар КАРИМОВ ("Футбольные вести", №21/20.11.2009)

В  90-х годах прошлого века казахстанские болельщики восхищались таранным форвардом Гурамом Макаевым. Воспитанник алматинского футбола играл за национальную сборную Казахстана, в чемпионатах страны забил 85 голов и даже успел поиграть в Бельгии. В 1994 году Гурам попал в символическую сборную по итогам сезона, а в 2004-м в возрасте 34 лет завершил карьеру футболиста и стал тренером.


ГУРАМ МАКАЕВ В УДАРЕ

Сейчас последует знаменитый удар Гурама МАКАЕВА

ГУРАМ МАКАЕВ - ТРЕНЕР

Гурам МАКАЕВ на тренерской скамье
Фото - Эдуард ГАВРИШ

 
— Гурам, почему вы избрали для себя тренерскую стезю?
— После того, как повесил бутсы на гвоздь, без футбола себя не мыслил. Но кем в нём быть? К примеру, судья должен быть спокойным, хладнокровным, чтобы в экстренных ситуациях принять единственно верное решение. У меня характер не такой – когда возникает напряжённая ситуация, могу неожиданно вспылить. Мог стать детским тренером, но мне кажется, людям этой профессии нужно памятник ставить при жизни. Тренеру команды мастеров легче работать с игроками – люди уже взрослые, всё понимают. А с детьми работать намного сложнее – и управлять ими труднее, и объяснять всё нужно досконально, раскладывая по полочкам. В итоге решил стать тренером взрослой команды.

— А кто был вашим первым тренером?
— Эрик Марленович Абдушев. В 10 лет пацаны во дворе решили записаться в секцию, ну и я решил не отставать от них. Из той группы немногим удалось заиграть в командах мастеров, получилось у меня и у Игоря Морозова. Мы с ним в одном интернате учились. Игорь потом играл в Талдыкоргане, Экибастузе, Кызылорде.

— В Казахстане вы выступали за "Экибастузец", "Шахтёр", "ЦСКА-Кайрат", "Атырау", "Жетысу" и "Ордабасы". Какой из этих клубов вам ближе?
— Всегда был ближе "Кайрат", хоть я играл и в других командах. Помню, в 80-х годах вместе с пацанами ходил на домашние игры "Кайрата" в союзной лиге. Видел переполненные трибуны Центрального стадиона, следил за игрой звёзд нашего футбола Антона Шоха, Эдуарда Сона, Вахида Масудова, Евстафия Пехлеваниди, однажды даже мячи им подавал на футбольном поле. Для меня тот "Кайрат" навсегда останется командой детской мечты. По игре нравился каждый футболист! Запомнился крайний хавбек Сергей Ледовских, а какая филигранная техника владения мячом была у Курбана Бердыева! В защите надёжно смотрелись Владимир Никитенко и Петр Нейштетер. Из нападающих вне конкуренции был Пехлеваниди…

— Кстати, вы с Пехлеваниди чем-то похожи – крепкие, коренастые форварды. Вас не называли вторым Пехлеваниди?
— С Пехлеваниди некого было сравнить. Такого удара, как у него, не было в Союзе ни у кого. Когда он собирался бить штрафной, игроки соперника старались не вставать на край стенки, знали – если мяч после удара Евстафия попадёт в тебя, придётся туго. Вот такая была сила удара!

— А почему вы стали именно нападающим?
— В детстве я был маленьким и шустрым, так что наставники видели меня только на фланге полузащиты. После девятого класса за лето я так сильно вымахал, что тренеры Павел Черепанов и Валерий Круглыхин были сильно озадачены – мои габариты увеличились вдвое, проворности поубавилось, и меня уже стали выдвигать в нападение, мощным форвардом.

— Кто ваш любимый тренер?
— Каждый из наставников дал мне что-то. В детстве Эрик Марленович привил мне любовь к футболу, позже Валерий Круглыхин много подсказывал, как грамотно, с головой, играть в футбол, а в команде мастеров "Экибастузец" Виктор Григорьевич Веретнов передал мне свой характер. До сих пор помню его любимую поговорку, которую он часто произносил в раздевалке: "Или грудь в крестах, или голова в кустах".

— Ваша карьера пришлась на 90-е, когда зарплата футболистов была довольно низкой…
— Раньше были другие времена. Футболисты не пользовались привилегиями. К примеру, чтобы получить квартиру, мы становились в очередь, как и все граждане страны. Машину нельзя было просто пойти и купить, нужно было ждать годами своей очереди. Зарплатами похвастать не могли. В 1988 году, когда я окончил школу и попал в "Экибастузец", мне определили зарплату – 80 рублей. Правда, премиальные за победы полагались. Я жил с мамой и бабушкой, мама получала 120 рублей, бабушка приносила пенсию. Словом, на жизнь хватало, но не шиковали…

— Кто из отечественных защитников больше всех попортил вам крови?
— Со мной в Экибастузе играл защитник Сергей Сук. Вот против него было крайне неприятно играть. Он даже на тренировках щипал соперников исподтишка. Сам по себе он был не выдающегося телосложения, но столкнёшься с ним на поле – потом всё тело болит.

— В вашей карьере был период, когда вы играли в Бельгии. Как удалось уехать в Европу?
— Моим агентом был Константин Сарсания, ныне известный в России специалист. Он организовал мне просмотр в бельгийском клубе "Мукрон". Сарсания не договорился по условиям моего личного контракта с "Мукроном", и я уже собирался возвращаться домой, но вдруг клуб "Ломмель" захотел меня видеть в своём составе. Правда, моя карьера в этом клубе не сложилась – я уже подписал контракт, а перед игрой неожиданно поменяли главного тренера. С новым наставником "Ломмеля" общего языка мы не нашли – отыграв семь игр по контракту, я уехал. По приезде в Казахстан мне звонят из Бельгии и говорят: "Приезжай в "Антверпен"! Я был в шоке!

— В "Антверпене" вы сыграли 20 игр и забили 4 гола…
— Ту команду тренировал опытный немецкий специалист Георг Кесслер. Он работал в штабе национальной сборной Нидерландов, возглавлял немецкие "Герту" и "Кёльн", голландские "АЗ" и "Спарту". Отличный тренер! Любил пошутить, но дисциплина для него была на первом месте. Вообще, тот период жизни вспоминаю с теплотой. Выйдешь на поле – полный стадион болельщиков, так приятно играть! От каждого матча получал колоссальное удовольствие.

— Выучили французский язык?
— В Антверпене говорят на фламандском. Первый сезон жил без семьи четыре месяца, ни с кем не мог поговорить. Один, в гостиничном номере, с ума сходил. Хочешь не хочешь – заговоришь. Вот так, постепенно, стал учить язык. Во второй год уже уверенно чувствовал себя в чужой стране.

— Почему покинули "Антверпен"?
— Уход получился тяжёлым. На меня выходили с предложением представители голландской "Роды", но Сарсания убедил меня, что второй круг нужно доиграть в "Антверпене", после чего появится возможность улучшить личный контракт с клубом. Но после первого круга чемпионата Бельгии я получил серьёзную травму, ездил на лечение в Голландию, и там выяснилось, что необходимы операция и полгода на восстановление. Клуб решил не рисковать и не продлил со мной соглашение. Потом понял – надо было всё-таки подписывать контракт с "Родой", но поезд уже ушёл.

— После возвращения вы были на ведущих ролях в чемпионате Казахстана…
— Пиком карьеры считаю игру за "Атырау". Выступал под руководством Воита Талгаева, у нас была дружная команда, два года выигрывали серебро, показывали с ребятами красивый атакующий футбол. В том коллективе было очень интересно работать, но в конце 2002 года игроки разбежались по другим клубам, а я ушёл в "Жетысу".

— В Талдыкоргане вы быстро стали любимчиком. Болельщики "Жетысу" готовы были носить вас на руках, в команде вы стали капитаном…
— В "Жетысу" меня пригласил Владимир Линчевский. В том коллективе не было звёзд, но это была добротная, дружная команда, которая могла любого лидера поставить на место.

— В прошлом году вы работали старшим тренером в Талдыкоргане. Готовы ли попробовать себя в роли главного?
— Желание поработать самостоятельно, конечно, есть, но, думаю, ещё рановато. Нужно набраться опыта.

— Как относитесь к тому, что Федерация Футбола Казахстана активно борется за очищение футбола от негатива?
— К этому можно относиться только положительно! Для того и существует внутренний чемпионат, чтобы лучший определялся на поле, а не с помощью закулисных игр. Благодаря политике федерации последние два года наш футбол заметно прогрессирует – сборная всё увереннее чувствует себя на международной арене, "Актобе" наделал шороху в еврокубках. Нам нужно немного подождать, и результаты придут!

Партнёр


ФУТБОЛЬНЫЕ ВЕСТИ

Золотой фонд

Мемориал

Реклама