Евгений КУЗНЕЦОВ: "Работа с молодёжью - огромное счастье"

Андрей ЛИЦОВ ("Футбольные вести", №72/18.11.2011)

14  ноября 2011 года исполнилось 70 лет Евгению КУЗНЕЦОВУ – известному футболисту и авторитетному тренеру, который по сей день продолжает растить и воспитывать юное поколение казахстанских игроков. Встретившись с корреспондентом "Футбольных Вестей" на финальном матче Кубка НФЛ, ветеран поведал о своём жизненном пути для нашей традиционной рубрики "Золотой фонд".

ЗАВТРА БЫЛА ВОЙНА


ЕВГЕНИЙ КУЗНЕЦОВ

Евгений КУЗНЕЦОВ в бытность игроком "Кайрата"
Фото из архива "Футбольных вестей"


ЕВГЕНИЙ КУЗНЕЦОВ

Евгений Иванович КУЗНЕЦОВ - тренер
Фото - Эдуард ГАВРИШ

Родился 14 ноября 1941 года в городе Чу Джамбульской области. Нападающий/полузащитник. Мастер спорта СССР (1963). Играл в командах: "Металлист" (Джамбул), "Памир" (Ленинабад), "Шахтёр" (Караганда), "Кайрат" (Алма-Ата). В чемпионатах СССР сыграл 221 матч, забил 27 голов. Заслуженный тренер КазССР (1983). Тренировал команды: "Алатау"/"Химик" (Джамбул), "Кайрат" (Алма-Ата), юношескую сборную КазССР, трудился в тренерском штабе национальной, молодёжной и олимпийской сборных Казахстана. В 2011 году "Кайрат" (Алматы) под его руководством выиграл золотые медали чемпионата Казахстана среди дублёров.

 

— Родился я в городе Чу Джамбульской области, а мои отец Иван Васильевич и мама Клавдия Петровна – уроженцы Воронежской области. В Казахстан они приехали в конце 30-х годов на строительство Турксиба. Министр путей сообщения Лазарь Каганович обещал, что, отработав в Средней Азии два года, отец сможет вернуться в Россию и получить отдельную квартиру в любом из городов на выбор. Но в сорок первом грянула война, и этим планам не суждено было воплотиться. Во время войны отец машинистом водил эшелоны, не раз попадал под бомбёжки… Когда мне было пять лет, семья переехала в Джамбул.

ЕВГЕНИЙ РОТТ И "1-К-62"

— Евгений Иванович, как вы познакомились с футболом?
— В школе всегда активно занимался спортом. Побывал боксёром, нравилось играть в баскетбол и волейбол, куда меня активно звали. Но больше всего по душе пришёлся футбол. Тогда у нас в округе было немало зелёных полянок, на которых мы могли гонять мяч от зари до зари. Хотя мяч был из тряпок, а ворота обозначали пеньки или камни, это было лучшее занятие для нас. А когда мне было 13 лет, учитель физкультуры нашей школы Александр Павлович Мозговой, сам в прошлом футболист, заметил способности некоторых мальчишек, в том числе и мои, и привёл нас на стадион "Локомотив" к тренеру, заявив: "Отдаю вам трёх лучших футболистов моей школы, они не подведут!" Тренером тем был замечательный человек и выдающийся педагог Евгений Петрович Ротт, многое давший нам, подросткам, и в футболе, и в жизни. Его отношения к нам, тёплого, отеческого, не забыть никогда.

В 1956 году меня пригласили выступить в команде киргизского города Талас, и мы стали чемпионами республики, а потом играли на Всесоюзной спартакиаде школьников. А первым моим клубом стал джамбульский "Локомотив", где за взрослых я выступал уже в 16-летнем возрасте.

Семья наша жила очень скромно, я бы даже сказал бедно, так что мне пришлось, помогая родителям, пойти работать. Сначала устроился разнорабочим на литейно-механический завод, а затем стал учеником токаря и вскоре уже получил разряд и свой станок. Я даже помню его название "1-К-62" – хороший станок-полуавтомат. Параллельно учился в технологическом институте, на занятия ходил с восьми до десяти вечера.

БЕРЕГИСЬ КРАСНИЦКОГО!

— Силы на футбол оставались?
— Признаюсь, нелегко приходилось. На заводе ведь, кроме дневных смен, были ещё и ночные – половину месяца работали с двух часов ночи до девяти утра. Однако любовь к футболу была настолько сильной, что всё успевал, не пропускал тренировки и играл за заводскую команду "Металлист", тренировал которую всё тот же Ротт. Помню, "Металлист" сыграл несколько товарищеских матчей с сильными клубами. Мы победили ОДО (Окружной дом офицеров) из Свердловска со счётом 3:2, а ленинградскому "Зениту" проиграли, но я забил тогда два мяча.

В 1959 году наша команда выступала в финальном турнире чемпионата Казахстана среди коллективов физкультуры, где меня заприметили и пригласили в карагандинский "Шахтёр". Первый гол в чемпионате СССР я забил в ворота "Колхозчи" из Ашхабада.

Не забуду, как играли в Ташкенте с "Пахтакором". Трибуны переполнены. Тысяч, наверное, пятьдесят, буквально ревут, поддерживая свою команду. Когда назначили штрафной в нашу сторону, к мячу подошёл Геннадий Красницкий, удар у которого был пушечный! В стенку старички старались поставить нас, молодых. Действительно, было чего бояться! Если Красницкий попадал мячом, то игрок падал как подкошенный, вываливаясь из стенки. После завершения сезона я вернулся в Джамбул – совсем ещё юным был, скучал по дому и семье. А в 1961 году в феврале меня вызвали на сбор в главную команду республики "Кайрат".

ПЕРВЫЙ МАТЧ – С ЦСКА, ПЕРВЫЙ ГОЛ – "ДИНАМО"

— Тоже юбилей получается! 50-летний! Игроков того состава помните?
— Конечно! В воротах играли Владимир Лисицын, а также Вячеслав Бубенец и Владимир Косенков. В обороне – Анатолий Федотов, Вадим Степанов, Станислав Каминский, Владимир Киселёв и Юрий Стулов. Полузащитники – Леонид Остроушко, Тимур Сегизбаев, Владимир Скулкин, Диас Омаров и Анатолий Ченцов. В нападении играли Сергей Квочкин, Олег Мальцев и Роберт Анторян… Пусть простят меня те, кого не назвал, ведь фамилии футболистов перечислил без подготовки.

— Дебютный матч в составе "Кайрата" остался в вашей памяти?
— Да, сыграл его против московского ЦСКА, встреча завершилась вничью 1:1.

— А первый гол?
— В ворота московского "Динамо", потом забил ещё тому же ЦСКА в Москве. Голы на моей позиции (под нападающими) давались совсем непросто, надо было проделать огромный объём работы. Да и в воротах клубов-соперников "Кайрата" стояли выдающиеся голкиперы, назову хотя бы Виктора Банникова из киевского "Динамо" и Юрия Пшеничникова из "Пахтакора". Оба в своё время защищали ворота сборной СССР. Как бы то ни было, в первом сезоне в "Кайрате" мне удалось забить пять мячей.

50 ЛЕТ ДРУЖБЫ

— С кем из игроков той команды вы дружили?
— С Тимуром Сегизбаевым. Сейчас мы шутим, что пора отмечать полувековой юбилей нашей дружбы! В один год пришли в команду, сблизились и пронесли тёплые отношения через десятилетия. Дружим семьями и по сей день, детей вместе встречали из роддомов. Хотя играли мы с Тимуром практически на одной позиции, иногда нас тренеры ставили вместе, а порой мы конкурировали за место в основном составе.

— И это не мешало дружбе?
— Нисколько! Практически все администраторы команд из разных городов СССР знали, как размещать в номерах гостиниц футболистов "Кайрата". Так вот, Сегизбаев всегда жил с Кузнецовым. Помню ещё, что Остроушко делил номер со Скулкиным, Каминский – с Киселёвым, а Квочкин – с Мальцевым…

— После победы 2:0 над "Спартаком" в Москве 26 августа 1964 года в газете вышла статья под заголовком "Тимур и его команда"…
— Знаете, я ведь провёл на поле в той встрече все 90 минут. А на гол работает вся команда, так что мы просто радовались все вместе! А Сегизбаев забил оба гола. Я бы назвал их шальными, с дальней дистанции пушечными ударами – так умел только он. Мячи падали в ворота, как камни с неба, голкипер ничего понять не мог. А мы вернулись домой героями, болельщики нас просто обожали. Тот "Кайрат" называли народной командой, болельщики практически всегда заполняли Центральный стадион до отказа. Ощущая такую поддерку, мы просто не могли играть спустя рукава. Мы бились на поле изо всех сил, а играть ведь приходилось против выдающихся футболистов – чемпионов Олимпийских игр 1956 года и обладателей Кубка Европы 60-го.

ШАХ ОСТАЛСЯ НЕДОВОЛЕН

— Лучший бомбардир "Кайрата" Сергей Квочкин немало голов забил после ваших передач?
— Действительно, на счету Квочкина 61 мяч – это кайратовский рекорд. Яркий был форвард, настоящий голеадор! Николай Яковлевич Глебов заметил способности Сергея и стал на тренировках отрабатывать с ним комбинации, которые затем воплощались в голы в официальных матчах. Квочкин обладал отменными скоростью, дриблингом и прекрасно поставленным ударом. Получив мяч на скорости, он таранил и прорывал оборону соперников. Ну а что касается моих передач, то я бы не стал говорить о каких-то своих особых заслугах. Хотя, конечно, наигранные комбинации у нас с Квочкиным были и в игре мы этими наработками пользовались. Вспоминаю товарищеский матч в столице Ирана Тегеране в 1963 году. На тридцатитысячном стадионе яблоку негде было упасть, болельщики ждали победы своей команды "Шахин", название которой говорит само за себя – в ложе сидел иранский шах Мохаммед Реза Пехлеви. Но мы выиграли 4:2, а наши с Квочкиным домашние заготовки и принесли победу "Кайрату".

"НА ПОЛЕ – МАСТЕРА СПОРТА СССР…"

— Особняком стоит успех "Кайрата" в Кубке СССР в 1963 году. Вспомните, пожалуйста, тот розыгрыш…
— Мы дошли до полуфинала, в котором встречались с донецким "Шахтёром". По регламенту на этой стадии проводился один матч на нейтральном поле. Стадион в Ярославле был заполнен, а симпатии болельщиков разделились примерно поровну. Игру помню, как будто она была только вчера. Мы хорошо начали, а мне удалось забить гол. Олег Мальцев с правого фланга сильно прострелил вдоль ворот, а я головой метров с четырнадцати отправил мяч в угол ворот. Потом мы владели преимуществом, имели возможности забить ещё, но в каких-то моментах горняков выручил вратарь Борис Стрелков, а где-то нам не хватило исполнительского мастерства и, наверное, удачи. Сначала "Шахтёр" сравнял счёт, а уже в дополнительное время вырвал победу. Донецкий клуб недаром зарекомендовал себя настоящей кубковой командой. Ну а мы за выход в полуфинал получили звания мастеров спорта СССР, очень престижные в то время. К слову, это были не просто красивые значки, звания накладывали и определённую ответственность. Однажды мы играли товарищеский матч в Томске, с местным клубом из класса Б. На предыгровой разминке, признаюсь, закрадывалась мысль – сейчас покатаем мячик. И тут диктор на стадионе начал объявлять состав гостей: "На поле вышли мастера спорта СССР…" Мы переглянулись и поняли, что не имеем права отбывать номер даже в товарищеской встрече.

"ДАЁШЬ, "КАЙРАТ", "ЗАРЕ" ЗАКАТ!"

— Вернёмся в 1961 год. На что претендовал тогда "Кайрат"?
— Честно говоря, звёзд с неба наш клуб не хватал. В республике понимали, что московские команды объективно посильнее нас. А задача, которая стояла перед главным тренером Николаем Глебовым, была создать боеспособный коллектив, чтобы мы не выглядели мальчиками для битья. Футболисты собирались в "Кайрат" из разных областей Казахстана, плюс всегда выступали игроки из Москвы. Глебов сделал большое дело, объединив и сплотив команду. Николай Яковлевич был очень грамотным специалистом, хорошо разбирался в футболе. Вместе с Владимиром Сергеевичем Болотовым прививал нам тактические навыки, очень много времени уделял как теоретическим, так и практическим занятиям, организации обороны и атаки. Глебов составлял для каждого игрока индивидуальные планы подготовки и контролировал их выполнение. Словом, я у этого тренера почерпнул много полезного для себя.

Затем "Кайрат" принял Александр Андреевич Келлер – человек высокой культуры, тоже замечательный тренер и педагог. При нём в 1965 году мы завоевали серебряные медали в первом дивизионе. Матч с лидером турнира – "Зарёй" из Ворошиловграда (ныне Луганск) – остался в памяти на всю жизнь. После первого круга украинская команда, которую возглавлял тогда Константин Иванович Бесков, шла без поражений, а в Алма-Ате царил небывалый ажиотаж. На трибунах Центрального стадиона – аншлаг. Мне запомнился написанный от руки транспарант: "Даёшь, "Кайрат", "Заре" закат!" И мы не подкачали – разгромили гостей 3:0, а я забил два мяча. После того матча мне поступали различные предложения о переходе в украинские клубы, но в те времена понятие клубный патриотизм не было для нас пустым звуком, и о том, чтобы уйти из команды, мы даже не помышляли.

БУТСЫ НА ГВОЗДЬ

— И всё же в 1967 году вы покинули "Кайрат". Почему?
— В команду пришло сразу несколько москвичей, и я заметил, что тренеры отдают предпочтение им. А я принял приглашение от главного тренера карагандинского "Шахтёра" Виктора Георгиевича Королькова. Состав у горняков тогда подобрался неплохой – в команде выступали четыре москвича, столько же бакинцев и алматинцев и дуэт карагандинцев. Коллектив, сложился боеспособный, мы в своей зоне сначала завоевали серебряные медали, а затем и вышли победителями. Годы в "Шахтёре", где я был капитаном, вспоминаю с удовольствием…

В 70-м году из-за травмы я пропустил много игр. В следующем сезоне прошёл предсезонную подготовку с павлодарским "Трактором", но рецидивы травм давали о себе знать, и я решил закончить игровую карьеру. В то время футболистов на пороге 30 лет уже в открытую величали ветеранами, а значит, намекали, что пора давать дорогу молодым.

ОТ "ТРУДОВИКА" ДО КАУНАСА

— Сразу стали тренером?
— Практически. Как уже говорил, я учился в технологическом институте, а на втором курсе перевёлся в физкультурный, окончил его и получил диплом тренера-преподавателя. Защищали диплом вместе с Сергеем Квочкиным и Станиславом Каминским.

В 1971 году я работал в алматинской ДЮСШ, которая базировалась на стадионе "Спутник". Нам удалось охватить огромный район в нижней части города, и на стадионе (мы называли его "Трудовик"), что был на углу проспекта Рыскулова и улицы Белинского, там сейчас автошкола, занималось около ста мальчишек. А затем меня позвали в Джамбул главным тренером команды, называвшейся тогда "Алатау". Рекомендовал меня Евгений Ротт, а утверждал в должности первый секретарь обкома партии Хасан Шаяхметович Бектурганов. Отмечу, что этот государственный деятель очень любил футбол и всячески поддерживал его развитие в области. Команда мне досталась в наследство от Леонида Остроушко боеспособная, так что в 1973 году мы боролись за победу в нашей зоне. Набрали одинаковое количество очков с павлодарским "Трактором" и имели преимущество по личным встречам, однако по регламенту (тогда сначала считалась разница забитых и пропущенных мячей) мы стали вторыми. Затем у нас появились талантливые, но ещё совсем юные Вахид Масудов, Дмитрий Огай и Антон Шох, и я решил ставить перед командой, которая уже называлась "Химик", серьёзные задачи. Но такова жизнь – сразу пятерых моих лучших игроков забрали в "Кайрат".

В 1982 году возил юношескую сборную Казахстана в литовский город Каунас на Спартакиаду школьников СССР, где мы неплохо выступили, заняв пятое место. За это достижение мне присвоили звание Заслуженный тренер Казахской ССР. А в 1983 году меня вызвали в Алма-Ату к председателю Спорткомитета республики Аманче Сейсеновичу Акпаеву, который даже не предложил, а попросту распорядился принять дубль "Кайрата". Он стал базовым для сборной Казахстана, которая выступила на Спартакиаде народов СССР в Москве. Соревнования, в которых принимали участие сборные всех союзных республик, а также Москвы и Ленинграда, считались тогда ответственными и престижными. В подгруппе мы разгромили киргизскую сборную со счётом 6:1, потом уступили команде Москвы – 0:1, а со сборной РСФСР (которая затем дошла до финала) сыграли вничью – 0:0. На втором этапе мы обыграли Ленинград – 2:1 и Туркмению – 6:0, но споткнулись на Узбекистане – 1:2. В итоге наша сборная финишировала десятой.

ЯРОВЕНКО ДЛЯ БЫШОВЦА

— В дубле "Кайрата" под вашим началом играли десятки футболистов. Кто из них, на ваш взгляд, так и не смог раскрыть свой талант?
— Не хочу называть имён, чтобы никого не обидеть. Вообще, неплохо играли практически все. Если не попадали в основу "Кайрата", то выступали в клубах второй лиги чемпионата СССР, а уровень тех команд, как мы сейчас понимаем, был весьма высок. Припомню такой случай. Женю Яровенко, ещё совсем юного, я заприметил в Каратау и пригласил в "Кайрат", где он играл в дубле. А когда мне позвонил главный тренер олимпийской сборной СССР Анатолий Фёдорович Бышовец, с которым у нас ещё с игроцких времён сложились тёплые отношения, и спросил, не могу ли я порекомендовать в сборную левого защитника, то я смело сказал – есть, мол, у нас такой. Яровенко практически сразу закрепился в составе и заиграл в команде Бышовца. А та сборная, напомню, выиграла Олимпиаду в Сеуле в 1988 году. И знаете, как приятно было, когда Женя с золотой олимпийской медалью и значком Заслуженного мастера спорта СССР из аэропорта сразу приехал в школу-интернат, где мы устроили ему торжественную встречу!

СЛАВНЫЙ СПИСОК

— Вы ведь и по сей день работаете там?
— Да, с 1989 года возглавляю отделение футбола в республиканской школе-интернате, которая сейчас называется Республиканский колледж спорта. У нас сложился тогда прекрасный коллектив. Директором был Серик Самуратович Байтурсынов, человек, который неистово любит футбол, и сейчас поддерживает женскую алматинскую команду. И имена тренеров-единомышленников назову обязательно: Талгат Альмухамедович Нурмухамбетов, Азат Абдракович Нильдебаев, Александр Николаевич Жуйков, Валерий Андреевич Круглыхин, Павел Петрович Черепанов… Мне очень повезло, что я работал с такими замечательными специалистами. Сколько хороших футболистов нами подготовлено!

— Давайте назовём их имена…
— Сергей Тимофеев и Фанас Салимов, Эдуард Сон и Евгений Яровенко, Иван Азовский и Павел Евтеев, Игорь Авдеев и Алексей Клишин, Николай Зайцев и Евгений Тарасов, Олег Литвиненко и Роман Вороговский, Аскар Кушикбаев и Аскар Кожабергенов, Алибек Булешев и Нурбол Жумаскалиев, Айдар Кумисбеков и Серик Жейлитбаев, Али и Пиралы Алиевы… Список можно продолжать, пусть не обижаются те, кого не назвал. А ведь многие из перечисленных мною сейчас уже сами успешно работают тренерами. К примеру, Алмас Кулшинбаев вывел "Сункар" в Премьер-лигу. Это и есть преемственность поколений.

ИВАН ГРОЗНЫЙ В ПОЛНОМ ПОРЯДКЕ!

— Не секрет, что в футболе почти у всех игроков и тренеров есть прозвища. А как вас, Евгений Иванович, называли?
— По-разному (смеётся). Когда работал в "Кайрате", меня называли Иван Грозный. Не знаю, грозным я был или нет, но требовательным – это точно. Так воспитывали меня, того же – дисциплины и ответственности (как на поле, так и в жизни) я требовал от своих воспитанников. Вот и в нынешнем сезоне дубль "Кайрата" под моим началом стал чемпионом Казахстана. Золотые медали дались ценой огромной работы, литров пота, пролитого на тренировках. Может, порой я и перегибал палку, но, думаю, что ребятам моя требовательность пошла на пользу.

— Технические приёмы ещё демонстрируете своим подопечным?
— Могу. Вот перед матчем с дублем "Тараза" вышел на поле и сыграл в квадрате. Нуркен Мазбаев заметил тогда: "Евгений Иванович, я восхищаюсь – вы ещё в полном порядке!" Но вышел я для того, чтобы зажечь своих футболистов. От психологического настроя игроков во многом зависит, как сложится матч. А тренер сможет подстегнуть своих подопечных, только будучи рядом на поле.

— Нынешнее состояние казахстанского футбола как можете оценить?
— Знаете, я уже не в том возрасте, чтобы кривить душой, а потому скажу откровенно – динамика развития нашего футбола меня радует! Взять хотя бы сегодняшний финал Кубка НФЛ, за которым мы наблюдали вместе. Обе команды действовали очень хорошо. Порой в финальных матчах ответственность давит на игроков, и борьбы бывает больше, чем футбола. А тут получилась красивая, живая игра. Да и вообще я вижу много молодых и талантливых футболистов в нашей стране. Работать с ними для меня огромное счастье!

Партнёр


ФУТБОЛЬНЫЕ ВЕСТИ

Золотой фонд

Мемориал

Реклама